Фото из открытых источников
В Евросоюзе новое политическое потрясение – второе место на парламентских выборах в Португалии заняла еще несколько лет назад никому не известная крайне правая партия Chega. И это не просто какой-то местный феномен, а отражение общеевропейских тенденций, потому что Chega – аналог, например, «Альтернативы для Германии» в ФРГ. А все из-за крупнейшего в истории страны миграционного кризиса.
Португалия – из тех стран ЕС, на которые мало обращают внимания – из-за ее географического положения, малой численности населения и постоянных обращений к Брюсселю с просьбами из разряда «подайте на пропитание…». Но все же состоявшиеся недавно парламентские выборы явно заставят Евросоюз задуматься.
Не столько из-за победы правых в целом (62% пришедших к урнам – за), сколько из-за успеха крыла, которое в европейской прессе называют ультраправым. Партия Chega! («Хватит!» – порт.), возраст которой составляет всего-то пять лет, заняла в гонке за власть второе место и получила 60 мест в парламенте (23,43% голосов избирателей). Окончательные итоги выборов были подведены в середине прошлой недели.
«Это событие знаменует собой поворотный момент в португальской политике, где впервые после Революции гвоздик Социалистическая партия (ПС) оказалась на третьем месте (23,38%)», – отмечает издание Periodista Digital. Затем лидер Chega Андре Вентура встретился с президентом Португалии Марселу Ребело де Соуза и сообщил последнему, что «Chega возьмет на себя руководящую роль в оппозиции в Португалии и возглавит альтернативное правительство».
Европейские СМИ пришли к выводу, что главным победителем выборов стала на самом деле Chega. А победу Chega обеспечила «миграционная тема» – партия осознала опасность политики широко открытых дверей для всех желающих стать португальцами, «реально обещающей скорое исчезновение Португалии с карты Европы», таково мнение испанского издания El Confidencial.
В 2015 году, когда в Центральной Европе возник кризис беженцев (помните – один миллион прибывших только в Германию переселенцев из Северной Африки и Ближнего Востока), Лиссабон решил оказаться наиболее гостеприимным государством ЕС. Тогдашнее правительство, которое возглавлял премьер-министр Антониу Кошта, приняло закон об иммиграции, который позволил легализовывать лиц, прибывающих без разрешения на работу. Для этого достаточно было, чтобы предприниматель просто представил декларацию о своей заинтересованности в услугах приехавшего нелегала.
А во время пандемии заявления иммигрантов на обретение ВНЖ рассматривали в ускоренном и упрощенном (практически безотказном) порядке.
Теперь эта «открытая дверь», по настоянию Chega, начала закрываться. Сегодня в Португалии проживает 1,6 млн иностранцев, что составляет 15% ее населения. В 2017 году этот показатель был равен всего 4%. Политика, поощряющая приезд иностранцев, постепенно привела к жилищному кризису, из-за которого такие города, как Лиссабон и Порту, стали недоступными для своих граждан.
Иммигрантское население Португалии в основном состоит из бразильцев, за которыми следуют британцы, индийцы, итальянцы, французы, украинцы, непальцы и выходцы из португалоязычных стран Африки (PALOP). В 2022 году 29,3% иммигрантов были бразильцами.
Бразильцы – братья португальцам по языку, вроде бы раздоров между местными и гостями из Южной Америки быть не должно, в чем проблема? Да, в Португалии вопрос «допустить ношение никаба или отказать в этом под страхом уголовного наказания» пока не воспринимается с той же остротой, как в других странах ЕС. Ввиду относительно небольшой численности мусульман. Поэтому криминальная составляющая миграционного кризиса здесь пока не столь заметна. Зато сильно задевают коренное население некоторые другие нюансы.
«Из-за притока мигрантов нас становится слишком много – квартир на всех не хватает. И почему мы должны толерантно говорить, будто готовы потесниться ради приезжих? И платить больше за аренду жилья?» – комментарий одного из пользователей португальской страницы международного портала недвижимости Idealista. Средняя стоимость аренды жилья выросла с 4,3 евро за м² в 2015 году до 15,8 евро за м² в 2024 году, что представляет собой рост примерно на 267% за девять лет. Особенно серьезная ситуация сложилась в столице, где цены продолжают расти: в 2024 году арендная плата увеличилась на 28% по сравнению с предыдущим годом. Заработная плата при этом остается на прежнем уровне.
«Бразильцы, конечно, нам почти братья, но только до момента, пока не создают нам проблемы с жильем и отсутствием работы», – еще один комментарий с того же сайта по недвижимости. Экономические проблемы, создаваемые мигрантами – не то же самое, что криминальные, но проблемами от этого быть не перестают.
Низкие зарплаты в Португалии привели к активному оттоку коренного (и в основном молодого) населения в другие страны Европы. Только в 2011 году количество уехавших молодых португальцев составило полмиллиона. Надежды на то, что они вернутся, слабы. Пожилая часть населения, наоборот, предпочитает никуда не двигаться. Возникший «пенсионный перекос» – нехватку работающей молодежи для обеспечения своими взносами пенсий стариков – власти рассчитывали преодолеть за счет пришельцев.
Кошта, проталкивая упомянутый выше закон, оперировал терминами из арифметики. «Наша рождаемость не в состоянии остановить процесс сокращения населения. Если тенденция сохранится, к 2050–2060-м годам население нашей страны с 10 миллионов уменьшится до семи. Нужна свежая кровь. Мигранты, как правило, обзаводятся большим количеством детей, это может спасти Португалию от исчезновения», ссылаясь на данные португальского Института национальной статистики, заявил тогда премьер.
Свежая кровь действительно активно прибывает на территорию страны и затем часть ее странным образом исчезает из общественного поля зрения: вроде бы общее количество населения растет, благодаря въехавшим, а ситуация с безработицей – все хуже.
Как так? Предложение рабочих рук должно быть все больше, а на деле 14,6% трудоспособного португальского населения не могут себе найти подходящего трудового занятия.
По итогам марта текущего года уровень безработицы в Португалии в межгодовом исчислении вырос на 1,5%. Еще один повод для выражения населением недовольства пришельцами. И теми политиками, кто не намерен «закрывать широко распахнутые двери». И еще одна возможность для правых увеличить численность своего электората, выступив в защиту коренного населения и обеспечения его базовых прав.
Иммиграция как сегодня, уже не стесняясь, говорят местные политики, носит замещающий характер. И первым стал использовать этот термин лидер партии Chega Андре Вентура. Незадолго до выборов глава ультраправых обнародовал данные о том, что только за последний год руководства страной (2024-й) кабинет Кошты легализовал около 400 тысяч незаконно прибывших в страну чужаков. Оттого население и ринулось на избирательные участки – выражать свою поддержку Chega, которая выглядит чуть ли не единственной партией, готовой защитить коренное население от замещения пришлым.
Демократический альянс, который формирует новое правительство страны, тоже попытался поставить эти идеи себе на службу. В ходе предвыборной кампании партия Луиша Монтенегру (ADPSD-CDS) объявила, что придя к власти, первым делом уведомит как минимум 18 тысяч нелегализовавшихся иммигрантов, что им «следует покинуть страну в течение ближайших 20 дней».
Риторика Монтенегру по антимигрантской тематике не такая резкая, как у Вентуры, но куда жестче, чем у Кошты. Однако часть голосов от социалистов Демократический альянс к себе оттянул, заняв в этом вопросе позицию, близкую к Chega. И подчеркнув, что антимигрантскому направлению, набирающему силу в ЕС благодаря усилиям крайне правых («Альтернатива для Германии», французское «Национальное объединение», испанская Vox), есть место и в Португалии.
Здесь, правда, мигранты пока не так заметны в криминальной сфере, как в Германии (где редкий день не обходится без нападений с ножом), в Швеции (где от ножей банды мигрантов уже перешли к взрывам) или Великобритании (где правосудие не хочет подвергать уголовному преследованию мигрантов-насильников). Но, как говорится, еще не вечер. Тенденции для Европы просматриваются одни и те же. И в плане диктата чужаками местным своих «правил игры», норм жизни и традиций, которым те должны следовать. И в плане реакции на это коренного населения, которое ищет защиту у партий, обещающих навести порядок с гостями. Теперь эта тенденция дошла до самой крайней точки Европы – Португалии.
