— Никита, когда ты пришел на проект, ты был совсем другим. Из закрытого молодого человека ты превратился в достаточно раскрепощенного парня. Скажи, это приобретенное качество?
— Абсолютно. Долгое время я предпочитал сторониться людей. В детстве у меня была небольшая социопатия, поэтому и друзей-то не было. Я вообще любил играть и проводить время один: заходил в какие-то дремучие леса, потом из них выбирался. Постоянно искал какие-то разрушенные катакомбы – все это мне нравилось. Но с психологической точки зрения я был, безусловно, очень непростым человеком.
— Как же ты справился с этим?
— В общем-то еще в школе я старался как-то глубже проникать в социум. Мне стали интересны взаимоотношения мальчиков и девочек, я начал узнавать, что такое дружба и вражда, появились драки – все это как-то помогло. Я вообще был умным и одаренным ребенком, даже когда стал постоянно тусоваться на улице, перестал делать уроки. Так из социопата на время я превратился в хулигана, меня стали выгонять из школ. Я поменял два учебных заведения, но из-за этого привык к разным компаниям, ведь мне приходилось выбивать свое место в социуме.
— Родители тебя строго воспитывали?
— У меня папа – ветеринарный врач, а мама – директор музея. Интеллигентная семья и образованная. Я, как ты уже поняла, любил похулиганить и мог уйти на несколько дней из дома, куда-то пропасть, загулять, напиться, уйти к девочкам… Семье приходилось со мной непросто. Помню, отец подарил мне на 18-летие машину, и я ее через два дня разбил.
— Кем тогда видел себя в будущем?
— Я мечтал стать актером. Очень хотел жить под разными масками. Я ходил в театральную студию, и мы даже занимали призовые места на всероссийских конкурсах. Долгое время я хотел поступать в театральное училище, но родители отговорили – предложили военный вуз.
— Почему они не поддержали тебя?
— Потому что я был разгильдяем, и они понимали, что если дать мне свободу, могу со своим нравом попасть не в ту компанию и не дай Бог оказаться в тюрьме. И, собственно, они уговорили меня поступить в военный вуз. Именно так я приехал в Москву в 16 лет.
— Не жаль было покидать родной город?
— В городе, где я родился, был полный хаос. Хоть и ночных клубов у нас не было, каждые выходные проводились дискотеки. Каждый поход туда заканчивался дракой. Все понимали: пойдешь на дискотеку - обязательно подерешься с кем-нибудь, ну или сам получишь от парней постарше. Драки случались и в школе. У нас было модно устраивать своего рода «битву районов»: зайдешь в чужой квартал – получишь. Вот такая там движуха.
— Сам совершал что-то криминальное?
— По-крупному – нет. Бывало, пару раз заходил на чужую территорию, потом за это нес ответственность. На данный момент у меня нет ни долгов, ни должников, и сам я абсолютно свободен.
— Видимо, тебе хорошо известно, что такое серьезные долги…
— По большому счету для меня деньги не имеют большого значения. Достаток – это, конечно, хорошо, но счастье действительно не в этом. За последние несколько месяцев я вообще дороже трехсот тысяч себе ничего не покупал. В основном по мелочи – какие-то вещи, ноутбук, колонки.
— Чем ты занимался до проекта «Дом-2»?
— Работал на телевидении репортером-новостником. Была своя небольшая программа.
— Положение девушки в обществе, род ее деятельности имеют для тебя значение?
— Пожалуй, нет. Для меня в женщине важно не положение, а душа, мозг и, естественно, внешность. Она играет большую роль, но только на начальном этапе. Потому что потом женщина увлекает совсем другими вещами. В отношениях самое важное - чувствовать друг друга, быть единым целым. Хотеть друг друга, желать и частично растворяться друг в друге, но при этому каждому оставаться личностью.
— Без чего ты не можешь представить отношения с девушкой?
— Без влечения. И оно должно быть обоюдным, на уровне страсти. Без этого, на мой взгляд, ничего не получится.
— Интересно, как вообще относишься к секс**льным экспериментам?
— Однажды я присутствовал на свингерской вечеринке. Это было ради интереса, я просто наблюдал. Считаю, для опыта попробовать что-то подобное стоит. Я вообще стараюсь не быть категоричным в своих мыслях, действиях. Поэтому нет того, на что я не решусь.
— На что ты смотришь, выбирая даму сердца? Имеет значение поведение, количество партнеров в прошлом?
— Женщина, которая мне нужна в будущем, должна быть разносторонней личностью для того, чтобы суметь научить чему-то нашего ребенка. А пока я ко всем девушкам хорошо отношусь. Легкого они поведения или нет – это не мое дело. Если ты имеешь в виду проституток, то их услугами я не балуюсь и не увлекаюсь.
— У тебя вообще много поклонниц?
— У меня нет надоедливых поклонниц. Много, конечно, пишут в соцсетях, но почти ни с кем я там не виду общение. Я не очень люблю интернет-общение, когда я не вижу человека. Тем более, там много фейков. Все прикрываются левыми фотографиями – мне это все скучно.
— Тебя когда-нибудь шантажировали девушки?
— Бывало, мне говорили о беременности, и не раз. Но всегда выяснялось, что это просто шантаж. Женщинам почему-то кажется, что это лучший способ удержать мужчину, который собирается уходить.
— Как ты на это реагируешь?
— Поначалу очень резко. Хотел тут же лететь к девушке, разговаривать. Начинал думать, как растить и воспитывать сына, но потом, когда понял, что это просто шантаж - перестал обращать внимание.
— Знаю, ты и сам можешь сильно обидеть…
— Я достаточно циничен и легко могу обидеть резким словом. Но это у меня скорее защитная реакция. Наверное, стать более гибким, научиться мягкости мне не мешало бы.
— Так что же мешает?
— Я прекрасно понимаю психологию людей и понимаю, что человеку нужно сказать, как сделать так, чтобы он лучше ко мне относился. Но вот никак не могу перешагнуть через себя, я гну эту жесткую линию. Поэтому у меня мало близких людей, которые будут терпеть мой скверный характер и глядеть куда-то глубже.
— Легко ли ты расстаешься с людьми?
— Лишних вычеркиваю из своей жизни без раздумий. Но вот тех, кто сумел стать по-настоящему родным, я стараюсь держать рядом, беречь и ценить их. Я устал терять близких людей.
[Источник: starhit.ru]
