В Париже 16 марта состоится премьера нового спектакля 58-летней Ренаты Литвиновой “Священное чудовище” — оммажа на знаменитый фильм-нуар “Сансет Бульвар”, с русскими героями.
По такому случаю актриса активно раздает интервью — недавно она побеседовала с Vogue Portual, а теперь — с The Blueprint. Общаясь с журналистом издания, Рената рассказала о сотрудничестве с Демной Гвасалия, предоставившим костюмы для постановки, и с Земфирой*, написавшей для спектакля музыку.
“Костюмы не будут повторяться ни один спектакль, это Демна так придумал. У нас пока расписано семь спектаклей, это почти сорок костюмов, и они будут меняться от спектакля к спектаклю. Так что можно приходить каждый раз, и все с этой героиней будет по-новому. <...> Есть гении бесспорные, перед которыми я преклоняюсь. Это и Готье, и Гальяно, и Маржела, и покойный Маккуин. Но Демна из самых молодых и актуальных — лучший”, — сказала Литвинова.
Рената Литвинова/Фото: личный архивОна подчеркнула, что “всегда будет ходить в Демне”, который “поражает неординарностью своего мышления и отвагой”, независимо от того, какой бренд он представляет (недавно Гвасалия стал новым креативным директором Gucci). Тот в свою очередь считает Литвинову своей музой: “Он уже мне сказал, что будет делать специально для меня Dolce Vita. Я за него счастлива, потому что он сможет заняться и своим творчеством, и предложить новое прочтение легендарному дому Gucci”.
Рената Литвинова/Фото: личный архивОсобую благодарность Рената выразила и Земфире*, вместе с которой уехала из России после начала СВО в Украине. Певица в прошлом уже писала музыку для проектов Литвиновой, с которой близко общается много лет, и сделала это вновь. “С Земфирой* мы уже 21 год вместе работаем, наше сотрудничество началось с “Богини”. Она оказалась совершенно выдающимся кинокомпозитором. Что бы она ни написала, все ложится на мои отрывки. Я разве что иногда подлиннее прошу сделать, а концептуально Земфира* совершенно совпадает со мной. Ничего пронзительнее у другого автора я никогда получить не смогу. И я совершенно счастлива, что у меня есть Земфира* и есть Демна. Это люди навсегда”, — заявила Рената.
Рената Литвинова/Фото: личный архивТакже она порассуждала о жизни в Париже. По словам Литвиновой, она всегда подозревала, что будет “коротать свой век во Франции”, и эта страна ей нравится: “Если на тебя ходят, ты абсолютно спокойно занимаешься своим делом. Более того — работаешь в свободе. И мне здесь прекрасно. Я делаю, что хочу. <...> С другой стороны, у меня есть периоды, когда я живу очень закрыто, в своем уединении — для работы нужно сконцентрироваться, иначе ничего не получится создать. Иммигрантский Париж мне не знаком. Бывают обращения, но мне так странно: я не общалась с этими людьми в России, почему я должна с ними здесь общаться. Но на своих любимых и близких у меня всегда есть время”.
Рената Литвинова/Фото: личный архивЛитвинова добавила, что ее восхищает “готовность французов к протесту” и их любовь к себе: “Я все время говорю, почему мы не репетируем в субботу?! А мне говорят — нельзя по французскому законодательству из семи дней работать шесть. Любовь к себе, уважение. Помню, говорю официанту: “Куп де шампань!” Он мне даже закончить не дал, зарычал: “Силь ву пле!” Сразу научил, как я должна к нему обращаться. Он тебя не обслуживает, а оказывает услугу.
Рената Литвинова/Фото: личный архивПри этом Рената, признала, что все еще чувствует себя русской и испытывает тоску по родине: “Конечно, никто не отменяет, что я здесь — русская, представитель русского языка, в какой-то степени даже представитель русской культуры на берегах Сены. Но я от этого не отказываюсь и никогда не откажусь. <...> Никто не может отказаться от этой тоски, тем более что у меня [в России] мама, я там работала в МХТ, делала большие грандиозные проекты, снимала кино. А теперь такая жизнь. Вот говорят — как ты омолаживаешься, как тебе так удается? А вот так — опять начинаешь все сначала, вот раз — и у тебя опять пустой холодильник, опять ты живешь как заново. Вот тебе пожалуйста — прекрасный способ омоложения. Ты волей-неволей берешь себя в руки”.
