Во Владивостоке состоялось очередное судебное по делу 28-летнего Коэна: судья уже во второй раз вынес ему обвинительный приговор, который признает Виктора Коэна виновным в умышленном убийстве 25-летней Галины Колядзинской. Таким образом, Виктор Коэн признан виновным в совершении преступления по ч.1 ст.105 УК РФ (убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку).
Читайте также: Виктор Коэн — последнее слово подсудимого, приговор
Тем временем до сих пор никому неизвестно о том, где же находится эта девушка, которая пропала уже почти 5 лет назад, после того, как вышла из дому.
Родители Галины Колядзинской уверены в том, что она эмигрировала в другую страну и никому ничего об этом не сказала, самого Виктора Коэна они не считают виновным в исчезновении их дочери.
Однако следствие установило, что «14 ноября 2011 года подсудимый в ходе ссоры, возникшей на почве длительно развивавшихся личных неприязненных отношений, задушил свою девушку, с которой он совместно проживал. После совершения преступления, с целью сокрытия следов, он расчленил тело потерпевший, вывез его за пределы Владивостока и сжег в лесном массиве».
Первоначально суд уже признавал подсудимого виновным и назначил ему наказание в виде 9 лет и 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима. Однако Приморский краевой суд отменил приговор и вернул дело на новое рассмотрение, теперь же Коэна снова приговорили на 9 лет 9 месяцев лишения свободы.
На странице в соцсети ВКонтакте опубликовано последнее слово Виктора Коэна:
«Вот он! Апофеоз ликования, двуликой псевдофемиды.) Ну вот, это ничего… Все ликование, что я видел в жизни, так или иначе, превращалось в фиаско.
Огорчен ли я тому, что произошло в текущем процессе? Нет. ) Все произошедшее не имеет к правосудию ни малейшего отношения, а больше напоминает показательную “казнь” в духе антиутопии Джона Оруэлла “1984”, где “несогласные” уничтожаются и предаются забвению.
Меня не может не радовать, что хоть и не на много, но я все-таки сдвинул систему с мертвой точки.
Действительно огорчает меня то, что негодяям удалось убедить большУю часть общественности в том, что все, что я говорил об оперативниках Карбышева 4 — выдумки. И посредством чего главное!? Видеозаписи беседы с одним из них, которая велась уже после того как меня пытали, уже после того как мне угрожали, что причинят страдания самому дорогому мне на тот момент человеку. Как удалось такое снять? — спрашивают меня. Играючи.)
Тебя похищают среди рабочего дня, понуждают проехать на Карбышева. Ты поднимаешься на лифте на девятый этаж уже осознавая, что все идет не так . Ты все время говоришь про адвоката, но тебя никто не слушает. Малоадекватные лица просто глумятся и смеются над тобой.
Тебя сажают на стул в кабинете с решетками на окнах. Решетками на окнах на девятом этаже! Эти не совсем люди называют тебя “людоедом” и “синей бородой”, говорят, что ты кого-то убил.
Тебя начинают бить, на глазах всего отдела полиции.
Заковывают в наручники, сажают на пол. Когда на голову надевают черный полиэтиленовый пакет и перекрывают доступ кислорода, ты уже уверен, что эти люди готовы на все. Ты думаешь о том, почему ты не знал, что ТАКОЕ происходит в твоем городе. Думаешь, как убедить своих истязателей прекратить пытку.
За неимением большего, ты пытаешься выдумать правдоподобный бред о том, как яко бы совершил убийство. Ты уверен, что не совершал ничего преступного, ты уверен, что мир не ограничен твоими истязателями, что удастся добиться справедливости позднее. Но пока ты все еще борешься…. Твой бред неправдоподобен, полицейские смеются и говорят тебе, что твой очередной вариант не согласуется с детализацией телефонных соединений.
В определенный момент ты устаешь и начинаешь думать о том, как сделать перерыв в истязаниях. Ты говоришь, что покажешь место, где закопано тело. Твои мучители приводят тебя в пристойный вид, перестегивают наручники, сажают в служебную Делику, и везут в лес. Уже на подъезде к “Варягу” ты начинаешь понимать, насколько плохой идеей была эта поездка. Нет ни одного места в твоей памяти, которое хотя бы внатяжку сошло бы за место, где можно было бы закопать труп. Ты показываешь оперативникам место, с которого начинался твой первый старт по спортивному ориентированию. Других мест ты не помнишь, и не знаешь. Ну и что, что это не похоже на место где могло бы быть закопано тело. Тебя выводят из машины, достают лопату… ты думаешь о том чтобы убежать, но руки закованы в наручники, и накануне у тебя была тяжелая тренировка ног.)
Уже через несколько минут оперативники понимают, что место выбрано случайно. Ты стоишь и думаешь о том, что же эти люди сделают с тобой теперь. Почему-то вспомнилось, что на этой поляне, по совпадению, ты когда-то хоронил кота Дениса Козакова, который по какой-то причине не смог сделать это сам. Кот был старый и облезлый, больше напоминающий одно из тех чучел животных, которые несколько десятилетий простояли экспонатами в кабинете биологии.
Тебя возвращают к реальности крепкой затрещиной.
Недолгие инструкции на месте и дорога назад. Ты сожалеешь, что не попытался убежать в лесу, что не попытался убежать раньше, ведь тебе нужен только адвокат.
По дороге обратно, сидящий за рулем Афонин, неловко преодолевает очередную неровность дороги, и сильно разрезает колесо о камень. На пробитом колесе машина доезжает до шиномонтажа на кольце “Варяга”. Оперативники выходят из машины, ты в наручниках остаешься внутри. Мун пересаживается с переднего сиденья на заднее и объясняет, что после такой поездки тебя обязательно “подвесят”. Ты не понимаешь что он имеет в виду, думаешь, что тебя собираются убить. Мун бьет тебя по голове, когда ты снова пытаешься объяснить, и говорит, что за неимением иных вариантов, Галю убил именно ты.
После ремонта колеса тебя везут на Карбышева. Когда машина подъезжает к зданию, ты видишь через лобовое стекло Тойоту Рав 4 с номером 002. Ты истерически пытаешься понять, как это может быть и что с этим делать. Возле машины стоит твоя жена. Растерянная она озирается по сторонам. Тебя выводят из микроавтобуса и ведут в ее сторону. Ты пытаешься предупредить ее о том, что происходит, пытаешься рассказать что тебя пытают, просишь ехать за адвокатом, но она теряется и просто смотрит на тебя с открытым от испуга ртом…»
