Фото из открытых источников
Сдерживание Китая, как главного конкурента США, является открыто провозглашённой линией Вашингтона ещё в первый срок президенства Трампа. Но каковы признаки успешности такого «сдерживания» и какова конечная цель конкуренции США в отношениях с КНР?
Вопрос этот предельно важен для Китая, поскольку сейчас в администрации Трампа идёт выработка конкретной политики на китайском направлении, а ряд признаков указывает на то, что жёсткая конкурентная линия США будет продолжена и во второй его срок. Последний шаг здесь – планы США, Японии и Нидерландов по прекращению обслуживания инженерами из этих стран соответствующего полупроводникового оборудования в Китае.
Он предельно важен также и для России, поскольку взгляд американских правящих кругов на конечную цель американо-китайской конкуренции, а тем более её практический результат будет существенно влиять и на американо-российские отношения.
Упрощённо говоря, если в этой конкуренции Китай проиграет, как проиграл ранее СССР, то следующая страна, за которой придут США (и Запад в целом), будет Россия. Исход этого противостояния, в котором наша страна окажется в одиночестве, может быть очень трагическим.
Выявить конечную цель США в сдерживании Китая пытаются китайские эксперты, анализируя идущие в американских политических и экспертных кругах дебаты. Трудность здесь в том, что в самих США при администрации Байдена, похоже, не было чёткости в этом вопросе, а сменивший его Трамп находится в процессе формирования своей «китайской» политики.
Основные точки зрения американских экспертов в этих дебатах: «конечная цель, основанная на смене режима», «конечная цель, основанная на порядке», «конечная цель, основанная на политике» и «отсутствие конечной цели».
Конечная цель в отношениях с КНР в виде «смены режима», наиболее последовательно представленная Мэттом Поттингером, бывшим заместителем советника по национальной безопасности в первой администрации Трампа, и Майком Галлахером, бывшим главой спецкомитета палаты представителей Конгресса США по компартии Китая (КПК) в первое президентство Трампа, состоит в том, чтобы коренным образом изменить политическую систему Китая и руководство Компартии Китая, что должно привести к «краху Китая».
Сторонники аргументации, основанной на «смене режима», часто проводят параллели между Китаем и Советским Союзом, предлагая всеохватывающую холодную войну с Пекином, т. е. жёсткое и агрессивное противодействие КНР по всем направлениям, как это было в годы американо-советской холодной войны в 50-60-е гг., и особенно в 80-е гг. 20 века в президентство Рейгана. Показательно, что согласие президентов США Никсона, Форда и Картера с политикой «разрядки» в 70-х гг. они считают принципиальной ошибкой.
Согласно этой точке зрения, для победы в холодной войне с Китаем США должны не управлять этой конкуренцией, а выиграть её. Для этого следует нарастить напряжённость в американо-китайских отношениях, добиться ощутимого военного преимущества, нарастить военное присутствие в Индо-Тихоокеанском регионе, уменьшить экономическое влияние Китая и собрать более широкую коалицию в мире, и, в частности в АТР, для противостояния КНР.
Сторонники «смены режима» утверждают, что это ослабит КНР и в итоге приведёт США к победе в новой холодной войне также, как в своё время привело к победе над СССР.
Конечное состояние американо-китайской конкуренции, основанное на «порядке» должно быть сосредоточено на поддержании существующего международного (т. е. либерально-западного) порядка. США должны взаимодействовать с Китаем, исходя из принципов своих национальных интересов и стремиться к сотрудничеству в решении мировых проблем, чтобы привести Китай в соответствие с более широким либеральным видением мира. При этом стратегия США в отношении Китая должна «сохранять гибкость и неопределённость, чтобы можно было вносить уточнения в зависимости от меняющейся природы конкуренции, одновременно расширяя набор инструментов для стабильной конкуренции с Китаем».
Конечная цель, основанная на «политике», не предполагает конкретного конечного исхода конкуренции США с КНР. Согласно ей, две страны должны тесно взаимодействовать и достигать соглашений по конкретным вопросам, добиваясь своих целей с помощью дипломатических подходов. Политика США в отношении Китая должна быть направлена на устранение и сокращение политических разногласий между двумя странами.
Конечная цель как «бесконечное состояние» утверждает, что США не должны ставить перед собой конечную цель в своей стратегии по отношению к Китаю. Сторонники этой цели считают, что упор в конкуренции с КНР должен сместиться с достижения конечной цели на поиск некоего устойчивого состояния в американо-китайских отношениях. Эта цель называется «конкурентным сосуществованием», при котором США должны постоянно демонстрировать Китаю свои преимущества, добиваясь от Китая постепенного «смягчения» своей внешней политики.
Кроме этих четырёх подходов можно выделить пятое направление дебатов, сторонники которого считают, что США должны признать трудно преодолимой реальность соперничества и враждебности между США и Китаем и сохранять неопределённость в отношении конечной цели. По их мнению, «необратимая и чётко сформулированная стратегия США в отношении Китая может привести, как к недооценке мощи и стойкости Китая, так и к переоценке угрозы, которую представляет Китай». В результате могут быть упущены возможности для сотрудничества с Китаем по общемировым вопросам.
Фактически администрация Байдена использовала в том или ином соотношении составляющие трёх подходов к конкуренции с КНР, отвергая цель «смены режима».
Сторонники «смены режима» придерживаются, как видно, однозначной агрессивной враждебности к Китаю. Согласно их оценкам, Китай целенаправленно стремится разрушить существующий международный, т. е. именно западный порядок.
Более умеренная точка зрения гласит, что Китай просто реагирует на внешние изменения и не стремится к созданию мирового хаоса, а скорее надеется создать благоприятную внешнюю среду для внутреннего развития. С этой целью Китай хочет наладить конструктивные отношения с США, стремясь к мирному сосуществованию.
Эту умеренную позицию китайские эксперты не без основания называют более соответствующей представлениям самого Китая о собственных намерениях. При этом они признают, что данная точка зрения остаётся мнением меньшинства в рамках текущих концептуальных дебатов в США.
В оценке конечной цели США, основанной на «смене режима» в КНР, китайские эксперты согласны с её американскими критиками: угроза политической безопасности Китая будет восприниматься Китаем как экзистенциальная угроза, а, поскольку экономическая, технологическая и военная мощь Китая слишком значительна, это спровоцирует Пекин на жёсткую конфронтацию с США, что повлечёт серьёзный кризис в китайско-американских отношениях.
Серьёзные исследователи в США также считают необходимым предостеречь Вашингтон от «карикатурного» копирования в американо-китайских отношениях рейгановской политики в отношении СССР во время холодной войны. Макс Бут, специально изучавший по архивным документам деятельность Рейгана на посту президента США пришёл к выводу, что целенаправленная политика его администрации по развалу СССР – миф, не подтверждённый реальными фактами. Его конечный вывод: Рейган не выиграл холодную войну, она была приостановлена на взаимоприемлемых условиях без преимущества какой-либо из сторон ещё до распада СССР. Советский Союз развалили реформы Горбачёва, который неудачно пытался справиться с нарастанием проблем в ещё достаточно устойчивой экономике СССР, а не жёсткость Рейгана.
Вся же концепция радикального сдерживания КНР, основанная на конечной цели «смены режима» в Китае, опирается именно на миф о «развале Рейганом Советского Союза».
Он советует Вашингтону не воображать, что можно извне преобразовать Китай, и считает, что это сможет сделать лишь китайский народ, «если на смену китайскому лидеру Си Цзиньпину придёт подлинный реформатор в духе Горбачева» и, продолжая мысль Бута, сам развалит свою страну.
Ряд экспертов в КНР считают, что согласие в политико-экспертных кругах США по поводу «конечной цели» администрации Трампа на китайском направлении ещё не сформировано, хотя есть тревожные для Китая признаки.
Упомянутые сторонники «смены режима» и ликвидации КНР, как сильного и единого государства – Потингер с Галлахером, – это фигуры из ближайшего окружения Трампа в его первый президентский срок. И хотя они и иные сторонники «смены режима» отсутствуют сейчас в администрации Трампа, такая конечная цель может сложиться, учитывая влияние в Республиканской партии США радикальных антикитайских настроений.
