Фото из открытых источников
Соединенные Штаты «очень заинтересованы в том, чтобы ослабить БРИКС или же, в идеале, развалить». Такими словами эксперты объясняют внезапную ссору между США и ЮАР. Президент Южно-Африканской республики уже заявил, что его «не запугать», но насколько действительно его страна способна выдержать этот удар, и какое значение данный конфликт имеет для России?
Карающая длань новой администрации Белого дома, уже успевшая приложиться к Канаде, Мексике, Дании и Панаме, достигла Южной Африки. Так, госсекретарь США Марко Рубио заявил, что он не поедет на министерскую встречу G20, которая должна состояться в Йоханнесбурге с 20 по 21 февраля. По словам главы Госдепа, он вообще не хочет посещать ЮАР «в знак протеста против попытки использовать G-20 для решения таких вопросов, как изменение климата и разнообразие, равенство и инклюзивность». Ну и потому, что ЮАР «экспроприирует частную собственность».
А президент США заявил, что прекращает всю помощь Южной Африке – якобы потому, что там у белых конфискуют земли и вообще к ним плохо относятся. «Массовое НАРУШЕНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА, как минимум, происходит у всех на виду. Соединенные Штаты не будут этого терпеть, мы будем действовать. Кроме того, я прекращу все дальнейшее финансирование Южной Африки, пока не будет завершено полное расследование этой ситуации!», – заявил он. А затем еще и добавил, что ЮАР делает «вещи гораздо хуже», чем конфискации.
Южноафриканское руководство, конечно, глубоко возмутилось. Президент ЮАР Сирил Рамафоса заявил, что его не запугать, и добавил, что никакой дискриминации белых в его стране нет. «Правительство Южной Африки не конфисковало ни одной земли… Недавно принятый Закон об экспроприации не является инструментом конфискации», – заявил Рамафоса.
Это, конечно, не совсем так. Земельный вопрос в ЮАР очень неоднозначный. Так получилось, что после окончания апартеида в 1994 году белые граждане контролировали 77,580 млн гектаров сельскохозяйственных угодий из общей площади в 122 млн.
Новые власти взяли курс на перераспределение хотя бы трети от «белых» земель на добровольной основе (то есть покупка у тех белых, кто хочет продать), но к 2022 году не смогли выполнить эту задачу. И сейчас порядка 40 тыс. «белых» фермерских хозяйств владеют порядка 50% сельхозземель.
То есть с точки зрения «черного» большинства и «черного» руководства ЮАР – вполне может выглядеть как явная несправедливость. Наследие апартеида.
Поэтому власти перешли к более жестким мерам. Подписанный Рамафосой в декабре 2024 года закон подразумевает изъятие земли «в общественных целях» с выплатой «справедливой» компенсации. Однако в ряде случаев – например, если земля, по мнению властей, не используется – закон позволяет забирать и без компенсаций. Местные власти уверяют, что никаких злоупотреблений не будет, да и экспоприация без компенсации противоречит Конституции, и все же стоит дождаться правоприменительной практики.
Однако руководство США в ЮАР интересует не судьба белых граждан. Администрация Белого дома атакует ЮАР и Рамафосу по двум причинам.
«Во-первых, правительство Рамафосы – это левое правительство. Его политика внутри страны не соответствует тем представлениям о прекрасном, которое распространено в администрации Трампа. Она поддерживает правых консерваторов даже правых радикалов наподобие там условного Хавьера Милея. И ей не нравятся те левые приоритеты, которые ЮАР провозгласила в рамках своего председательства в G20», – объясняет газете ВЗГЛЯД замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов.
Соответственно, Вашингтон пытается давить на руководство ЮАР. «Администрация Трампа ни в коем случае не отказывается от попыток госпереворотов и содействия им, от вмешательств во внутренние дела. И сейчас она вмешивается в дела ЮАР, используя земельный вопрос для того, чтобы к власти в ЮАР пришли правые, прозападно-ориентированные элиты», – говорит Дмитрий Суслов.
И эти элиты оперативно отвечают на сигналы из Вашингтона. Партнеры Рамафосы по правящей коалиции в лице Демократического Альянса уже призвали власти страны не эскалировать. В частности, раскритиковали слова министра минеральных ресурсов страны Гведе Манташе о том, что «если [CIF] не дадут нам денег, давайте не будем давать им минералы». «Я не думаю, что эти комментарии полезны и усугубят и без того сложную ситуацию, – написал лидер Альянса Джон Стенхейзер. – Мы должны стремиться укреплять отношения с нашими крупнейшими торговыми партнерами, а не разрушать их».
Однако куда более важной является вторая причина. ЮАР рассматривается Соединенными Штатами как самое слабое и уязвимое звено в БРИКС.)
Как наименее стабильная и заинтересованная в углублении интеграции в рамках БРИКС страна из всей пятерки основателей (куда помимо ЮАР входят Россия, Китай, Индия и Бразилия).
«Новая администрация Белого дома очень заинтересована в том, чтобы ослабить БРИКС или же, в идеале, развалить. Эта цель вообще будет одной из основных во внешней политике Трампа. Он понимает, что БРИКС – это антигегемоническое объединение, выступающее за многополярный мир и более справедливый экономический миропорядок. А Трамп не намерен отказываться от американской гегемонии – просто хочет бороться за ее сохранение иными способами, нежели либералы», – говорит Дмитрий Суслов.
Вот он и работает на раскол организации. «Действовать будет кнутом (в отношении стран наподобие ЮАР) и пряником (который будет предлагаться Индии или ОАЭ). То есть кого-то наказывать и шантажировать, а кого-то перетягивать и стимулировать к снижению уровня их участия в БРИКС», – продолжает Дмитрий Суслов.
В отношении ЮАР применено пока три кнута. Первый – это финансирование. США помогают ЮАР в основном в рамках инициативы по борьбе с распространением ВИЧ. На эти цели Южная Африка получила от Штатов в 2024 году 454 млн долларов.
Второй – это удар по статусу. Отказ Марко Рубио от поездки на министерскую встречу G20 (как и возможный отказ Трампа от поездки на сам саммит) снижает его статус. А для ЮАР саммит является это не рядовым событием – Южная Африка стала первой африканской страной, на территории которой пройдет саммит G20. Проще говоря, саммит стал одним из свидетельств того, что именно ЮАР – а не Нигерия, Кения, Эфиопия или другая страна – является региональным лидером.
Наконец, третий кнут – это демонстрация потери интереса к региону. Марко Рубио заявил, что США отныне будут уделять больше внимания Западному полушарию. «Американская внешняя политика слишком долго фокусировалась на других регионах, игнорируя наш собственный, упуская возможности и пренебрегая партнерами и друзьями. Этому теперь приходит конец», – пояснил госсекретарь.
И в ЮАР – которая привыкла балансировать между великими державами и зарабатывать на этом – серьезно обеспокоились такой потерей интереса. «Частичный или полный уход из Африки создал бы значительную пустоту, позволив авторитарным державам, таким как Китай и Россия, уже увеличивающим свое влияние на континенте, расширить свое влияние. Это может ограничить доступ США к развивающимся рынкам, что приведет к упущенным торговым возможностям в регионе с огромным потенциалом, и будет способствовать развитию политики, противоречащей интересам США», – пишет южноафриканский Институт исследований в области безопасности.
Местные элиты не хотят, в частности, попадать в излишнюю зависимость от того же Китая, который является крупнейшим торговым партнером ЮАР (объем торговли между двумя странами в 2023 году оценивался в 55,2 млрд долларов, что более чем вдвое превышает объем торговли ЮАР с США). Поэтому многие из них готовы сделать все возможное, чтобы Белый дом на них не сильно гневался. В том числе и притормозить интеграцию в БРИКС – где решения, напомним, принимаются консенсусом.
Источник
