Пекин обрел новую функцию в мировой политике – быть посредником между Россией и Западом. Причем это нужно не России, а Западу, лидерам которого, уняв гордыню, приходится обращаться к Китаю с самыми разными просьбами, касающимися РФ. Особенно много хочет канцлер Германии Шольц, зато глава Франции Макрон гораздо наглее.
Во времена империи Цин император Китая (и властелин мира, как он про себя считал) относился ко всем посланникам иностранных государств как к данникам, которые должны были перед каждым обращением к нему совершать «сань-гуй цзю-коу» – трижды встать на колени и коснуться головой пола. Такая самоуверенность впоследствии стала для империи причиной многих бед, превратив ее из сильного игрока в территорию для чужих игр.
Но унизительные времена позади. Поднебесная вернулась к древнему состоянию, когда в нее стекаются иностранные просители – и иногда это напрямую касается России.
Если считать период после начала СВО также началом новой исторической эпохи, то Китаю в этой эпохе досталась абсолютно новая, довольно неожиданная и совершенно не свойственная ему роль – быть посредником между Россией и Западом. Если говорить о контактах на высшем уровне, то это роль даже не Китая, а лично товарища председателя Си Цзиньпина, у которого сейчас идет его третий и вряд ли последний срок на посту главы китайского государства.
То есть такая ситуация – надолго. Отношения между Россией и, например, Евросоюзом вряд ли возобновятся после завершения боев на Украине. Победа Москвы станет для западных элит настолько тяжелым поражением с унижением пополам, что они точно предпочтут объявить Россию экзистенциальной угрозой и отгородиться от нее железным занавесом, который опустится на том самом месте, где остановятся российские войска.
Наделять Китай посреднической функцией означает усиливать Пекин политически и дипломатически, чего в ЕС, а особенно в США никак не хотели. План был в том, чтобы Россия потерпела военное поражение, запросила пощады, приняла условия Запада, которые он хотел бы диктовать очно, а не через Китай.
Вместо этого европейцы сами оказались на месте просителей. И речь идет не об Урсуле фон дер Ляйен и ее Еврокомиссии, потому что Китай от них даже как будто дистанцируется, не желая придавать значимости системе контроля США над странами Европы. Речь о Германии и Франции, которые опять соревнуются за ведущую роль в ЕС. Формально это все-таки суверенные государства, а не надгосударственные образования, то есть более понятный и привычный для Китая формат работы. Блоковую систему в Поднебесной по-прежнему пытаются отрицать и собственных военно-политических союзов ни с кем, кроме КНДР, не создают (и даже Северной Кореей тяготятся).
Правда, с точки зрения Пекина, никакой конкуренции между Берлином и Парижем нет – все уже прояснилось. Германия занимает подчиненное положение по отношению к США, как Япония (это очень понятный для китайцев пример). Визит канцлера ФРГ Олафа Шольца в КНР начался с демонстрации ему явного неуважения, которое подчеркивало его статус просителя.
В том, что касается России, Шольц у Китая и впрямь многого просил, если верить ему самому: и санкции против Москвы соблюдать, и «повлиять» на нее, и ни в коем случае не поставлять ей оружие, и принять участие в конференции по Украине в Швейцарии. В ответ он услышал от председателя Си о четырех китайских принципах урегулирования, среди которых – уменьшить влияние конфликта на Украине на мировую экономику и не «подливать масла в огонь».
Другими словами, в Пекине считают, что Западу нужно отказаться и от санкций, и от поставок оружия на Украину. А стоять у России над душой не хотят и вообще никак не реагируют на попытки Берлина вмешаться в свои отношения с Москвой. В общем, «много хочешь – мало получишь».
Другое дело, что программа визита канцлера была в основном экономической. Германии жизненно необходима кооперация с Китаем в условиях, когда она вынужденно отказалась от кооперации с Россией под давлением США. Две потери такого рода она просто не может себе позволить, поэтому налаживание дел с Поднебесной – это своего рода фронда против Вашингтона, прикрытая обреченными на провал просьбами насчет Москвы. Зависимость ФРГ от КНР возросла не только в дипломатическом, но и в финансово-производственном плане. Это еще один бонус Поднебесной от конфликта вокруг Украины.
Несколько иная ситуация с Францией. Она меньше пострадала от санкций против России и гораздо скромнее (в десятки раз) вложилась в Украину. Париж располагает ядерным оружием и территориями в трех океанах. Хозяева Елисейского дворца обожают демонстрировать признаки независимости от Вашингтона. Наконец, председателю Си просто удалось найти общий язык с президентом Эммануэлем Макроном, поэтому к нему в Пекине относятся гораздо серьезнее, чем к Шольцу.
Меж тем про Макрона понятно, что он много говорит, но мало делает, стремится быть в каждой бочке затычкой, но проигрывает во всем и везде, кроме как на президентских выборах на родине. Справедливости ради, раньше в России на его счет тоже были какие-то иллюзии. Вряд ли китайские проживут намного дольше.
Просьбы Макрона к Китаю насчет России в апреле прошлого года, когда он тоже летал в Пекин, там комментировать не сочли нужным. А скоро Си совершит ответный визит в Париж, где принимающая сторона опять попросит «повлиять на Москву», на сей раз – для остановки боев на время проведения Олимпиады, то есть в конце июля – начале августа. Примерно тогда же, когда ВСУ прочат обвал фронта.
Можно воспринимать это как военную хитрость, но в желании француза есть материальная заинтересованность. Олимпиада – мероприятие дорогое. Ее окупаемость зависит от количества зрителей не только на стадионах, но и у телеэкранов, когда отрабатываются рекламные контракты. Нежелательно, чтобы зрителей отвлекало что-то более важное, включая и крах Украины.
Наверняка просьба Макрона к Китаю будет сформулирована красиво – со ссылкой на олимпийские принципы древности, когда ради соревнований действительно останавливали войны, и благородные пацифистские идеалы француза Пьера де Кубертена, который возродил олимпиаду в конце XIX века.
Тем не менее у товарища Си будет железный довод в пользу того, чтобы проигнорировать и эту просьбу к Москве. В силу, например, того, что один из «клиентов» западного мира – бывший президент Грузии Михаил Саакашвили – начал свою войну против Южной Осетии аккурат в день открытия Олимпиады в Пекине.
Кстати, бои на Майдане в Киеве, благословленные Западом, тоже начались в дни Олимпиады – зимних Игр в российском Сочи.
Таким образом, ни у Китая, ни у России нет повода делать французам удобно в олимпийском вопросе. Это даже не говоря о том, что олимпийские принципы непредвзятости в отношении российских атлетов французскими организаторами игнорируются, и даже не говоря о главном: удерживать защищающих родину военных от продиктованных оперативной ситуацией действий ради президента Франции Макрона? Они не поймут.
По российскую сторону границы такое мало кто понять способен.
Однако попытки европейцев апеллировать к РФ через КНР по самым разным вопросам продолжатся, потому что никуда нам с общего континента не деться. Так поступают даже всемогущие США, которые направили в Пекин госсекретаря Энтони Блинкена все для того же – обсудить отношения с Россией.
Когда-нибудь товарищей в Пекине все эти просьбы будут не только радовать – как свидетельства растущей международной значимости Китая, но и раздражать – как очевидные попытки рассорить КНР и РФ, то есть ликвидировать сопутствующий ущерб от плана по ослаблению России (в результате которого Россия не ослабла, а вот ее кооперация с Китаем усилилась). Но они научатся этим пользоваться.
То, что гости с Запада делают перед председателем Си «сань-гуй цзю-коу», нас пока не касается. Однако рано или поздно Китай начнет извлекать из этого дополнительную выгоду и действительно просить о чем-то Москву. К этому нужно быть готовыми.
