Актер Майкл Фассбендер
фото: Shutterstock
Большой талант, серьезное драматическое образование и фирменный ледяной взгляд позволяют ему играть самых разных персонажей. Сейчас в прокат вышел новый фильм Майкла Фассбендера, основанный на легендарной видеоигре, — «Кредо убийцы». Актер встретился с корреспондентом Теленедели в Берлине и рассказал об этой картине, своих амбициях и умении быть благодарным.
Дитя двух стран
Майкл, вы, так сказать, дитя двух стран: мама ирландка, а отец родом из Германии. Помогает ли вам в работе опыт существования на стыке двух культур?
Я рос в Ирладии — стране с богатым прошлым, полным сказок и легенд (когда Майклу было два года, семья обосновалась в маленьком ирландском городке Килларни. — Прим. ред.). Там здорово умеют рассказывать истории — с помощью музыки, поэзии и драматургии. Похоже, что я тоже этим проникся. А вот немцам нет равных в деловой этике: у них очень профессиональный подход к работе и железная дисциплина. Должно быть, это я унаследовал от папы.
Идиллическое у вас было детство?
Вполне! Рыбалка, свобода гулять по окрестностям. Я играл на гитаре тяжелый металл и хотел создать музыкальную группу. Группы не получилось, но я иногда выступал в родительском пабе. Отец был шеф-поваром, а мама следила за всем в зале.
А потом вы решили, что хотите играть не на гитаре, а в театре. Как вам впервые пришла в голову эта мысль?
По большому счету идея стать актером зародилась благодаря человеку по имени Донни Кортни, который когда-то ходил в среднюю школу святого Брендана, где я тоже учился. Окончив ее, Донни поступил в школу актерского мастерства Gaiety School of Acting в Дублине, а по возвращении оттуда организовал курсы драмы и комедии. Я посетил всего пару этих занятий и, считайте, пропал. Решил, что смогу добиться успеха, если буду упорно трудиться.
Вы начинали с детского театра, и ваша первая серьезная профессиональная работа тоже была в театре. Теперь же Фассбендера чаще можно увидеть на большом экране, чем на сцене. Не скучаете по театру?
Мне очень не хватает живого взаимодействия с аудиторией. А вот почему я совсем не скучаю, так это по однообразию — больше трех месяцев в театре все равно не мог выдержать. Когда только начинал, играл в пабах. Потом поступил в театральное училище в Корке, а затем переехал в Лондон, где тоже изучал драматическое искусство в театральной школе, — вы уже поняли, что в то время театра в моей жизни было много. Сниматься тогда почти не доводилось, хотя я страстно мечтал оказаться перед камерой. Всегда вдохновлялся кинематографом, хотел приобщиться к этому миру. Но обязательно рано или поздно вернусь в театр.
Вопрос дисциплины
Ваш новый фильм «Кредо убийцы» снят по мотивам видеоигры. Блокбастеры про супергероев сейчас потеснили классические жанры кинематографа. Как вы относитесь к подобным развлечениям?
Я смотрю все, что снято качественно. Это как кататься на американских горках. Здорово, когда ты можешь прийти в кинозал, забыть о своих заботах и просто получить удовольствие от этого «аттракциона». Но иногда хочется чего-нибудь более серьезного и камерного. Мне нравятся все жанры, главное, чтобы сам фильм был хорошим. Я люблю, когда мне рассказывают интересную историю. А где именно я ее увижу: на экране телевизора или в кино — совершенно не важно.
У большинства ваших персонажей есть что-то общее, какой-то надлом. Сознательно выбираете роли героев с психическими отклонениями, или вам их настойчиво предлагают режиссеры?
Полагаю, все мы немного сумасшедшие, со своими тараканами в голове. Но я не сказал бы, что все мои герои — психи. Например, мой персонаж из «Бесславных ублюдков» — просто киноман, попавший в армию. Герой фильма «Аквариум» Коннор совершает поступки, которые могут показаться неправильными с точки зрения морали, но все же он не психопат. Вот Эдвин из «12 лет рабства», безусловно, — законченный псих. Я стараюсь выбирать разные роли. Мне нравятся истории, в которых есть внутренний конфликт: это делает их более интересными. Но вполне вероятно, что у них есть общее: все это сложные персонажи, полные накала.
Сложностей вы явно не боитесь! Для картины «Голод» вы похудели до полного истощения, а для «Кредо убийцы», наоборот, накачали мышцы.
Физическая подготовка — это прежде всего вопрос дисциплины. Надо просто составить режим тренировок и придерживаться его. А вот углубиться в изучение психики постороннего человека — действительно самая сложная задача. Здесь всегда выкладываюсь по полной, но при этом у меня никогда не было ощущения, что я зашел слишком далеко.
Меня манит режиссерское кресло
Вы уже работали вместе с Марион Котияр и режиссером Джастином Курзелем — над экранизацией классической шекспировской трагедии «Макбет». Это, конечно, сильно отличается от динамичного боевика, снятого по видеоигре о наемных убийцах. Как вам снова работалось вместе в столь непохожем проекте?
Я был ужасно рад, когда Джастин согласился стать режиссером фильма «Кредо убийцы». Потом он предложил Марион присоединиться к нам, и она тоже согласилась! Нам троим здорово повезло.
На площадке нового фильма вы были уже не только исполнителем главной роли, но и продюсером…
Актер в состоянии контролировать только свою часть работы, а вот у продюсера гораздо больше рычагов воздействия. Не думаю, что полностью переключусь на продюсирование. А вот режиссерское кресло, признаюсь, меня манит. Хочу обязательно попробовать свои силы в этой профессии. Но нужно узнать множество технических деталей — придется подучиться.
Чем вас как продюсера заинтересовал проект «Кредо убийцы»?
В фильме нет безусловно плохих и безусловно хороших персонажей, нет разделения на черное и белое. Что-то в словах и поступках тамплиеров кажется вполне разумным, а что-то наполняет ужасом. То же можно сказать и об ассасинах: они утверждают, что их клинки не рубят невинных, но мы видим, как эти невинные оказываются в самом центре схватки и гибнут. Вымышленный мир компьютерной игры полон узнаваемых деталей. Это позволяет провести параллели между выдумкой и реальностью.
Талантливые люди
Что нравится больше всего в вашей работе?
Талантливые люди. В самом начале карьеры я мечтал в один прекрасный день оказаться там, где я сейчас. Мало кто понимает, что это гигантская лотерея — ничего больше. Я обязан своей карьерой стольким людям! Где бы я был сейчас без поддержки удивительных Стива Маккуина (режиссера фильмов «Голод», «Стыд» и «12 лет рабства») и Донни Кортни. Так что почти каждый день стараюсь напоминать себе, что мне невероятно повезло.
Значит, поставленных перед собой в ранней юности целей вы уже добились. Как насчет новых?
Стараюсь не заморачиваться на эту тему. А также не жить прошлым, потому что это нагоняет грустные мысли. Я не заинтересован в том, чтобы коллекционировать достижения и премии. Просто хочу рассказывать зрителям хорошие, интересные истории.
Как бы там ни было, меньше чем за десять лет вы прошли путь от актера на второстепенных ролях до звезды мировой величины, неоднократного номинанта — и лауреата! — самых престижных кинопремий. Тут любой бы зазнался…
Честно скажу, я веду простую жизнь. Хотя, наверное, со стороны кажется, что мои будни полны гламура. Но это не так: я просто каждый день прихожу на съемочную площадку, делаю свою работу — и все. Стараюсь относиться к себе не слишком серьезно, со здоровой долей самоиронии.
Говорят, легких работ не бывает. В чем главная сложность вашей профессии?
В том, что в ней невероятно тяжело чего-то добиться. Есть множество актеров, которым никогда не представится шанс сыграть успешную роль, и еще больше очень талантливых актеров, которые вообще не смогут найти работу по специальности. Эта борьба опустошает.
