История кованых ворот Эрмитажа начинается значительно позже истории самого дворца, в середине XIX века. До этого времени ворота были деревянными. Доверили разработку новых ворот архитектору Николаю Горностаеву.
Он сделал предварительные эскизы будущих кованых ворот – одни большие, центральные, и по бокам двое поменьше. Осуществлять же задуманное поручили другому архитектору, владельцу мебельной фабрики, Роману Мельцеру. Через некоторое время он представил на рассмотрение доработанную и несколько измененную модель будущих ворот, изготовленную из дерева, в натуральную величину. После одобрения этого варианта непосредственное изготовление было возложено на чугунолитейный завод Сан-Галли.
От задумки до установки кованых ворот Зимнего дворца прошло почти 30 лет. Но этого того стоило. Они демонстрируют высочайшее мастерство художественной ковки. Гармония форм и линий, совершенство пропорций – всё это делает парадные ворота Эрмитажа шедевром кузнечного и архитектурного ремесла.
Декорированы кованые ворота рельефными элементами-символами. Каждую половину больших двухстворчатых ворот украшают вензеля императора Александра III и его супруги Марии Федоровны. На верхней части всех трех ворот расположен двуглавый орёл, держащий в лапах яблоко. На груди каждого орла – щит с изображением образа Святого Георгия.
В 1917 году символы монаршей власти были уничтожены и кованые ворота потеряли свой первозданный вид. Восстанавливать утраченные элементы начали только в 80-х годах. А к 300-летию Петербурга ворота были полностью отреставрированы и стали вновь парадным входом Зимнего дворца.
Запечатлелись прекрасные кованые ворота и в таком виде искусства, как кинематограф. Многие помнят легендарный фильм Сергея Эйзенштейна «Октябрь», ключевой сценой которого является штурм Зимнего дворца. В картине кованые ворота парадного входа словно олицетворяют царскую власть. Сломленные и поверженные они говорят о крахе империи и победе революции. Хотя реальные события отличаются от тех, что показаны в фильме, потрясающая постановка заставляет нас безоговорочно верить той истории, которую показывает режиссер.
Текст
