Спокойно и неспешно занимается Черкасов ремонтом новой квартиры, сутками меняет резину колесную, постоянно отдыхает где-то и с кем-то на воле, а Яна вздыхает счастливо и его поджидает в оградке. Как Пенелопа Одиссея. Тоскливо Яне со скучным Черкасовым – скучно Черкасову с наводящей тоску Яной. Но держатся друг за друга: у Грибочка ремонт, у Яны соображения.
На Лобном обсуждали вопрос борьбы с пустотой, которая живет в Яне: не о чем с ней поговорить. Если только о погоде – и то не в курсе душечка Яна. В утреннем Кадони общался с девой. О том же говорили – о пустоте. Пухленькая Шафеева бесконечно поправляла недавно сделанную стрижку, трясла волосами, напоминая незабвенную Рапунцель, «чОкала», как Ольга Ветер, размахивала руками, как Гозя, и бездумно перебивала Влада, доказывая свою толковость – аж не выдержал Влад, уточнил с тоской: «Может, ты такая поверхностная и пустая, потому что просто не умеешь слушать?» А Яна закричала: «Что ты несешь? Во мне много всего. Я хорошо готовлю, пою. Мне 20 лет!» Влад припомнил двадцатилетних Артемову и Гужвинскую – они тетки ух! «Хорошо, считайте так, как считаете!» - опять в крик Януся и добавила в звонких нервах: «Уж тебе-то, Влад, точно ничего делать не нужно!!». Ведущий Кадони обомлел. А потом душечка стала тыкать пальчиком в Кадони и орать: «Ну и уйду! И что? Ты еще меня пожалеееей!». А голос! До боли знакомый голос проектной Чайки! Вот вам и душечка. Прав был прозорливый Чуй – дева с двойным дном, еще покажет себя. Прав разумный Грибочек, придерживающий Янусю в просто подружках. Впрочем, время покажет - у каждой крыши свой стиль езды. Все зависит от таракана за рулем.
